Семь собеседований отцов, живших в Египетской пустыне Фиваиде

Хотя добродетели вашего совершенства, которым вы, как какие-нибудь светила в этом мире, сияете с удивительным блеском, многие из святых, поучающихся вашим примером, едва могут подражать, однако ж вы, святые братия, Гонорат и Евхерий*, похвалою тех высоких мужей, от которых мы приняли первые постановления отшельничества, воспламенились так, что один из вас, начальствуя над большим общежитием** братии, желает, чтобы общество его, которое назидается ежедневным видением вашего святого жития, было наставляемо еще и заповедями тех отцов, а другой захотел отправиться в Египет, чтобы назидаться и телесным видением их, так что, оставив эту область, оцепеневшую от суровости галльского холода, как чистая горлица, полетел бы в те земли, которые ближе освещаются солнцем правды и изобилуют зрелыми плодами добродетелей. Это невольно возбудило во мне любовь, так что я, утешаясь желанием одного и трудом другого, не уклонился от опасности коротко написать, лишь бы только у первого увеличился авторитет между самыми (монахами), а у второго отклонилась необходимость опасного мореплавания. Потому, поелику вере и горячности вашей не могли удовлетворить ни те постановления киновий, которые в двенадцати книгах мы написали, как могли, к епископу блаженной памяти Кастору, и десять собеседований отцов, пребывающих в Скитской пустыне, которые мы кое-как изложили святым епископам Елладию и Леонтию, по их повелению, — то теперь, чтобы был известен способ и порядок нашего пути, я решился посвятить вам написанные таким же слогом семь собеседований трех отцов, обитающих в другой пустыне, которых мы увидели первых, чтобы этими собеседованиями восполнить то, что в прежних наших писаниях о совершенстве, может быть, темно выражено или опущено. А если бы и эти писания не могли насытить святую жажду вашего усердия, то думаю, что другие семь собеседований, которые будут посланы к святым братиям, пребывающим на Стехадских*** островах, исполнят ваше пламенное желание.

 

 

* Гонорат был епископом Арелатским и вместе настоятелем монастыря. Евхерий был, вероятно, настоятелем монастыря, а впоследствии епископом Лионским.

** Этот монастырь, как думают, был на острове Лерина, рядом с другим островом, Леро, недалеко от Марсельского берега. Ныне последний называется островом Маргариты, а первый Гонората.

*** Три Стехадские острова, рядом расположенные, находятся в шестидесяти милях от Марсельского берега. На этих островах, благоприятствовавших монашеской уединенной жизни, довольно было многолюдных монастырей.